Арбитражные оговорки в контрактах между Турцией и Великобританией: Стамбул или Лондон после Arbitration Act 2025

Большинство коммерческих договоров между Турцией и Великобританией согласуются пункт за пунктом: цена, поставка, гарантии, ответственность.

Оговорку о разрешении споров нередко согласуют в последнюю очередь, а иногда переносят из предыдущей сделки.

Между тем именно эта оговорка определяет, где будет рассматриваться спор и какой государственный суд будет контролировать разбирательство. Она указывает право, по которому решается вопрос о действительности самой оговорки. И во многом от неё зависит, удастся ли превратить арбитражное решение в реальное взыскание там, где находятся активы контрагента.

1 августа 2025 года в Англии и Уэльсе, а также в Северной Ирландии вступил в силу Arbitration Act 2025. Для трансграничных договоров его главное новшество состоит в новом законодательном правиле о праве, регулирующем арбитражное соглашение.

Правило, которое он заменил, было сформулировано Верховным судом Великобритании в 2020 году в деле Enka v Chubb. В этом деле турецкая строительная компания Enka добилась антиискового запрета (anti-suit injunction) для защиты арбитражной оговорки с местом арбитража в Лондоне.

Для сторон, заключающих договоры между Турцией и Великобританией, изменение имеет практические последствия. Возьмём договор, подчинённый турецкому праву, с местом арбитража в Лондоне, или договор, подчинённый английскому праву, с местом арбитража в Стамбуле. Право, которое сегодня регулирует арбитражную оговорку, может оказаться не тем, из которого стороны исходили при подписании.

В этой статье объясняется, как турецкое и английское право подходят к арбитражной оговорке и где две системы теперь сходятся, а где ещё могут расходиться. Далее рассматриваются выбор между Стамбулом и Лондоном как местом арбитража и вопросы формулировки, от которых зависит, будет ли оговорка работать в обеих системах. Статья дополняет наше руководство по исполнению иностранных судебных и арбитражных решений в Турции, посвящённое заключительному этапу процесса.

1. Арбитражная оговорка является самостоятельным соглашением со своим применимым правом

Обе правовые системы рассматривают арбитражную оговорку как соглашение, обособленное от договора, в котором она содержится.

В английском праве раздел 7 Arbitration Act 1996 предусматривает, что, если стороны не договорились об ином, арбитражное соглашение не считается недействительным, несуществующим или не имеющим силы лишь потому, что таким является основной договор.

В турецком праве тот же принцип закреплён в статье 4 Закона № 4686 о международном арбитраже (MTUK) и статье 412 Гражданского процессуального кодекса № 6100 (HMK). Сторона не может возражать против арбитража, ссылаясь на недействительность основного договора.

Поскольку оговорка является самостоятельным соглашением, она может регулироваться правом, отличным от права основного договора.

Это право отвечает на вопросы, которые нередко решают исход арбитража ещё до рассмотрения спора по существу:

• была ли оговорка надлежащим образом заключена;
• какие споры она охватывает;
• связывает ли она аффилированное лицо или цессионария, которые её не подписывали;
• являлся ли предарбитражный этап условием права на обращение в арбитраж.

В договоре между Турцией и Великобританией обычно есть не менее трёх «кандидатов»: право, избранное для основного договора, турецкое право и английское право. Какое из них будет применено, может иметь решающее значение.

2. Arbitration Act 2025 сместил субсидиарное правило к праву места арбитража

Arbitration Act 2025 получил королевскую санкцию 24 февраля 2025 года. Его материальные положения вступили в силу 1 августа 2025 года на основании Arbitration Act 2025 (Commencement) Regulations 2025.

Закон ввёл в Arbitration Act 1996 новый раздел 6A. Согласно разделу 6A, к арбитражному соглашению применяется:

• право, о применении которого к арбитражному соглашению стороны прямо договорились; или
• при отсутствии такой договорённости право места арбитража.

Раздел 6A(2) содержит уточнение, которое важнее всего на практике. Соглашение о том, что определённое право регулирует основной договор, не является прямым соглашением о том, что то же право регулирует арбитражное соглашение.

Тем самым меняется исходная позиция, принятая в деле Enka v Chubb. Согласно Enka, выбор права основного договора, как правило, распространялся и на арбитражную оговорку. Лишь при отсутствии выбора права суд обычно применял право места арбитража как право, наиболее тесно связанное с арбитражным соглашением.

Новое правило не применяется к арбитражным соглашениям, основанным на постоянных офертах об арбитраже, содержащихся в международных договорах или в законодательстве государства за пределами Великобритании. Это исключение касается главным образом инвестиционного арбитража на основании международных договоров.

Для турецких сторон особенно важны два аспекта реформы.

Во-первых, раздел 6A применяется и тогда, когда место арбитража находится за пределами Англии и Уэльса или Северной Ирландии. Закон 2025 года включил его в число положений закона 1996 года, применяемых независимо от места арбитража. Поэтому английский суд, рассматривающий оговорку с местом арбитража в Стамбуле, исходит из того же правила.

Во-вторых, согласно разделу 17 закона 2025 года изменения применяются к арбитражным соглашениям независимо от даты их заключения. Они не применяются к арбитражным разбирательствам, начатым до 1 августа 2025 года, и к связанным с ними судебным разбирательствам. Поэтому оговорка, подписанная в 2018 году, будет толковаться по разделу 6A, если арбитраж начинается сейчас.

Закон 2025 года внёс и другие изменения, которые рассматриваются ниже. Он ввёл законодательную обязанность арбитров раскрывать информацию, полномочие выносить решения в упрощённом порядке и прямую поддержку чрезвычайных арбитров. Кроме того, он уточнил полномочия суда в отношении третьих лиц и сузил рамки оспаривания компетенции.

3. Турецкое право приходит к сходному правилу другим путём

Для международного арбитража с местом в Турции статья 4 MTUK устанавливает двухступенчатый критерий. Арбитражное соглашение действительно, если оно соответствует праву, которое стороны избрали для него, а при отсутствии такого выбора турецкому праву. Структура близка к разделу 6A: сначала выбор, сделанный для оговорки, а при его отсутствии право места арбитража.

Нормы об исполнении следуют сходной логике. Согласно подпункту «e» пункта 1 статьи 62 Закона № 5718 о международном частном праве и международном гражданском процессе (MÖHUK), турецкий суд может отказать в приведении в исполнение иностранного арбитражного решения, если арбитражное соглашение недействительно по праву, которому стороны его подчинили. При отсутствии такой договорённости критерием является право страны, где было вынесено решение. Подпункт «a» пункта 1 статьи V Нью-Йоркской конвенции построен так же.

С тех пор как английское субсидиарное правило отсылает к праву места арбитража, во многих обычных ситуациях обе системы указывают в одном направлении. Это видно на трёх распространённых конструкциях:

• Договор по турецкому праву, место арбитража в Лондоне. Согласно разделу 6A, английский суд применит к арбитражной оговорке английское право, если стороны прямо не избрали для оговорки иное право. Турецкий суд, рассматривающий вопрос об исполнении, также применит английское право, если не придёт к выводу, что стороны подчинили оговорку иному праву.
• Договор по английскому праву, место арбитража в Стамбуле. MTUK отсылает к турецкому праву, если стороны не избрали право для оговорки, и английский суд, применяющий раздел 6A, придёт к тому же результату. Стороны, полагавшие, что английское право регулирует все аспекты их договора, могут обнаружить, что действительность и сфера действия их арбитражной оговорки подчинены турецкому праву.
• Прямо указанное право оговорки. Если сама оговорка определяет регулирующее её право, обе системы, как правило, признают этот выбор с учётом собственных правил об арбитрабельности и публичном порядке.

4. Системы всё ещё могут расходиться в том, что считать выбором права

У этого сближения есть слабое место. Раздел 6A(2) предписывает английскому суду не принимать во внимание оговорку о применимом праве в основном договоре при определении права арбитражного соглашения. Критерий Нью-Йоркской конвенции, который турецкие суды применяют на стадии исполнения, такого указания не содержит.

По этому критерию вопрос состоит в том, дали ли стороны какое-либо указание на право, которому они подчинили арбитражное соглашение. В деле Kabab-Ji v Kout Food Group, решённом до принятия закона 2025 года, Верховный суд Великобритании пришёл к выводу, что общая оговорка о выборе права в основном договоре, как правило, является достаточным указанием для этой цели.

Если турецкий суд истолкует Конвенцию так же, арбитражная оговорка в договоре по турецкому праву с местом арбитража в Лондоне может оцениваться по английскому праву в Лондоне и по турецкому праву в Турции. По большинству вопросов результат совпадёт. Но в таких вопросах, как круг лиц, связанных оговоркой, пределы её действия или возможность сохранить дефектную оговорку, он может различаться.

Проще всего устранить этот риск, прямо указав в самой оговорке право, регулирующее арбитражное соглашение. Тогда обе системы с самого начала ориентируются на одно и то же право.

5. Место арбитража является юридическим выбором, а не площадкой для слушаний

Место арбитража представляет собой юридический «адрес» арбитража. Оно определяет, какое национальное арбитражное право регулирует процедуру, какие суды контролируют арбитраж, где решение может быть отменено и где, для целей Нью-Йоркской конвенции, решение считается вынесенным.

Место арбитража не совпадает с местом проведения слушаний. И Регламент ISTAC, и Регламент LCIA допускают проведение слушаний вне места арбитража. Арбитраж с местом в Лондоне может провести слушание в Стамбуле, и наоборот.

В договорах между Турцией и Великобританией выбор обычно сводится к Стамбулу или Лондону. Ни один из вариантов не подходит для любого договора. Решающими являются практические факторы.

Где вероятно исполнение. Если активы контрагента находятся в Турции, лондонское решение должно быть признано и приведено в исполнение турецким судом на основании Нью-Йоркской конвенции и статей 60–63 MÖHUK. Турция участвует в Конвенции с 1992 года и сделала заявления, ограничивающие её применение решениями, вынесенными в другом договаривающемся государстве, и спорами, которые считаются торговыми по турецкому праву. Поскольку Великобритания также является договаривающимся государством, заявление о взаимности препятствием не является.

В приведении в исполнение может быть отказано лишь по ограниченным основаниям, включая недействительность арбитражного соглашения, отсутствие надлежащего уведомления, выход решения за пределы арбитражного соглашения, неарбитрабельность спора по турецкому праву и противоречие публичному порядку. К заявлению прилагаются арбитражное соглашение и арбитражное решение в оригинале или в заверенных копиях с заверенными переводами. Согласно пункту 2 статьи 60 MÖHUK стороны могут письменно согласовать место турецкого суда, который рассмотрит заявление. В противном случае подсудность определяется местом жительства или пребывания в Турции стороны, против которой вынесено решение, а при их отсутствии местонахождением имущества, на которое может быть обращено взыскание.

Что происходит после вынесения решения. Выбор Лондона не позволяет избежать турецких судов, если активы находятся в Турции. Он лишь меняет характер разбирательства, которое там проводится. Согласно пункту 2 статьи 57 MÖHUK, применяемой к арбитражным решениям по аналогии в силу пункта 2 статьи 61, обжалование определения по заявлению об исполнении приостанавливает его исполнение.

Для международного арбитражного решения, вынесенного в Стамбуле, путь иной. Согласно статье 15 MTUK проигравшая сторона может предъявить иск об отмене в компетентный региональный апелляционный суд в течение 30 дней с момента уведомления о решении. Предъявление такого иска автоматически приостанавливает исполнение. Кроме того, возможна кассационная жалоба в Кассационный суд, ограниченная основаниями для отмены. Свидетельство об исполнимости решения выдаётся после того, как отказ в иске об отмене вступил в законную силу.

Контролирующий суд. При месте арбитража в Лондоне контроль осуществляет английский Высокий суд (High Court), как правило Коммерческий суд (Commercial Court). Оспаривание в суде ограничено отсутствием компетенции по существу (раздел 67), серьёзными нарушениями (раздел 68) и, если оно не исключено, обжалованием по вопросу права (раздел 69). Регламенты LCIA и ICC содержат отказ от средств правовой защиты, который, как принято считать, исключает обжалование по вопросам права. При месте арбитража в Стамбуле основания для отмены по статье 15 MTUK в основном следуют Типовому закону ЮНСИТРАЛ. К ним добавляются основания, характерные для турецкого права, например вынесение решения после истечения срока арбитража.

Язык, состав арбитража и сроки. Арбитраж с местом в Турции может проводиться на турецком языке или на официальном языке государства, признанного Турцией, поэтому английский язык допустим. По MTUK число арбитров должно быть нечётным.

Если стороны не договорились об ином, состав арбитража, действующий по MTUK, должен вынести решение по существу в течение одного года с момента назначения единоличного арбитра или с даты составления протокола первого заседания коллегии. Срок может быть продлён соглашением сторон, а при отсутствии соглашения судом по ходатайству одной из сторон; если в ходатайстве отказано, разбирательство прекращается по истечении срока. Поскольку решение, вынесенное после истечения срока, может быть отменено, сторонам, избирающим Стамбул местом арбитража, следует убедиться, что их соглашение, включая любой регламент арбитражного учреждения, регулирует этот срок.

6. Арбитражное учреждение выбирается отдельно от места арбитража

Определение места арбитража и выбор арбитражного учреждения являются отдельными решениями.

Стамбульский арбитражный центр (ISTAC) создан Законом № 6570 2014 года и администрирует как внутренние, так и международные арбитражи. По Арбитражному регламенту ISTAC местом арбитража является Стамбул, если стороны не договорились об ином. Регламент содержит положения о чрезвычайном арбитре и правила ускоренного арбитража для споров ниже установленного в нём денежного порога. Типовая оговорка ISTAC указывает место арбитража лишь как факультативное дополнение; в договоре между Турцией и Великобританией его следует указать.

По Арбитражному регламенту LCIA 2020 года при отсутствии соглашения местом арбитража является Лондон, если состав арбитража не определит иное. Статья 16.4 предусматривает, что к арбитражному соглашению применяется право места арбитража, если стороны письменно не согласовали иное право. По Арбитражному регламенту ICC 2026 года, который применяется к арбитражам, начатым 1 июня 2026 года или позднее, место арбитража определяет Международный арбитражный суд ICC, если стороны его не согласовали.

Эти субсидиарные правила означают, что оговорка, называющая учреждение без указания места арбитража, не лишена смысла. Однако она может привести к месту арбитража, о котором стороны не думали, с контролирующим судом и режимом отмены, которых они не выбирали.

Учреждение можно сочетать с местом арбитража в другой стране. Арбитраж ICC или LCIA может иметь место в Стамбуле, а арбитраж ISTAC в Лондоне. Для каждого сочетания нужно проверить, как регламент учреждения взаимодействует с императивными нормами права места арбитража.

Наименование учреждения также должно быть точным. Регламент ISTAC рассматривает ссылки на «ITM», «ISTAC» или аналогичные обозначения как выбор его регламента. В иных случаях неверно названное или несуществующее учреждение открывает путь к доводу о неисполнимости оговорки.

Конфиденциальность является ещё одним вопросом, в котором значение имеют место арбитража и регламент. Английское право подразумевает в арбитражном соглашении обязанность соблюдать конфиденциальность, что подтвердил Апелляционный суд Англии в деле Emmott v Michael Wilson & Partners. Закон 2025 года эту обязанность не кодифицировал. MTUK не содержит общей нормы о конфиденциальности. Регламент ISTAC предусматривает конфиденциальность разбирательства, если стороны не договорились об ином; Регламент LCIA содержит обязательство о конфиденциальности; Регламент ICC 2026 года обязывает соблюдать конфиденциальность арбитров, но не устанавливает общей обязанности для сторон, оставляя этот вопрос на их соглашение или распоряжения состава арбитража. Если конфиденциальность важна с коммерческой точки зрения, оговорка должна прямо её предусматривать.

7. Расходы и сроки зависят больше от модели оплаты, чем от города

Расходы и продолжительность разбирательства обычно становятся первыми практическими вопросами при выборе между Стамбулом и Лондоном. Три учреждения взимают плату по-разному, и каждое публикует данные о продолжительности своих дел.

• ISTAC: административные расходы и гонорары арбитров определяются по шкале, основанной на сумме спора и выраженной в турецких лирах, при этом гонорары арбитров устанавливает Совет ISTAC, а не стороны по соглашению с арбитрами. По Регламенту ISTAC решение выносится в течение шести месяцев с даты составления акта о полномочиях, с возможностью продления, а в ускоренном арбитраже в течение трёх месяцев с момента передачи дела единоличному арбитру. По данным ISTAC, в 2025 году 82 % дел в обычной процедуре завершились в срок от шести месяцев до года, а 86 % ускоренных дел в течение трёх месяцев.
• LCIA: сборы не зависят от суммы спора. Арбитры работают на почасовой основе, как правило по ставкам от 250 до 650 фунтов стерлингов согласно LCIA Schedule of Arbitration Costs (2023), а LCIA добавляет регистрационный сбор, почасовые административные сборы и 5 % от гонораров состава арбитража. Согласно анализу LCIA 2024 года по делам, завершённым окончательным решением в период с 2017 года по май 2024 года, медианная сумма гонораров арбитров и сборов LCIA составила 117 653 доллара США, а медианная продолжительность 20 месяцев.
• ICC: административные расходы и гонорары арбитров рассчитываются в зависимости от суммы спора по Шкале сборов, введённой Регламентом ICC 2026 года. По делам, завершённым окончательным решением в 2025 году, ICC сообщает о средней продолжительности 27 месяцев и медианной 23 месяца. Ускоренная процедура, которая автоматически применяется к спорам на сумму до 4 млн долларов США по арбитражным соглашениям, заключённым 1 июня 2026 года или позднее, ориентирована на вынесение окончательного решения в течение шести месяцев с первой конференции по ведению дела.

Эти цифры нельзя сравнивать напрямую. Учреждения по-разному измеряют продолжительность, большинство дел ISTAC являются внутренними, а данные LCIA и ICC отражают более крупные споры: медианная сумма спора составляет около 4,6 млн долларов США в LCIA и 5 млн долларов в новых делах ICC. Ни одна из этих цифр не включает самую крупную статью большинства бюджетов, то есть собственные расходы сторон на юристов.

Именно в вопросе о том, можно ли взыскать эти расходы с проигравшей стороны, место арбитража имеет реальное значение. Согласно разделу 61 Arbitration Act 1996 расходы следуют за результатом спора, если состав арбитража не сочтёт это неуместным или стороны не договорились об ином, а раздел 63 допускает взыскание разумной суммы за разумно понесённые расходы. Согласно статье 16 MTUK расходы также несёт проигравшая сторона, если не согласовано иное, однако включаемое в них вознаграждение адвоката определяется составом арбитража по турецкому минимальному тарифу адвокатских гонораров и обычно намного ниже фактически понесённых затрат. Регламенты учреждений могут изменить это положение: например, Регламент ISTAC включает расходы сторон на юридическое представительство в расходы на арбитраж. Сторонам, которые рассчитывают на полное возмещение расходов в стамбульском арбитраже, следует прямо предусмотреть это.

Исполнение добавляет собственные расходы и сроки. Независимо от места арбитража, обращение взыскания на активы в Турции влечёт турецкие судебные пошлины и расходы исполнительных ведомств, а иск об отмене решения, вынесенного в Стамбуле, приостанавливает исполнение до его рассмотрения.

8. В Турции оговорки не срабатывают из-за неясности, дефектов формы, отсутствия полномочий или предмета спора

Турецкие суды проверяют, является ли воля сторон на арбитраж ясной и определённой. Ряд повторяющихся дефектов формулировки ставит это требование под угрозу.

Альтернативные способы разрешения спора. Оговорка о том, что споры «могут разрешаться в арбитраже или в суде», оставляет открытым вопрос, договорились ли стороны об арбитраже вообще. Общее собрание по гражданским делам Кассационного суда Турции (Yargıtay Hukuk Genel Kurulu) рассматривает арбитраж как исключительный способ разрешения споров, требующий воли, ясной настолько, чтобы не оставлять сомнений. В постановлении от 1 октября 2025 года (E. 2024/653, K. 2025/584) оно указало, что формулировка, которая допускает арбитраж, но одновременно наделяет компетенцией суды, не закрепляет арбитраж как согласованный способ разрешения споров. Если одной из сторон предполагается предоставить право выбора, механизм следует сформулировать особенно тщательно и до подписания проверить на соответствие турецкому праву.

Противоречащие пророгационные оговорки. Турецкие договоры нередко завершаются стандартным положением о подсудности споров судам и исполнительным ведомствам определённого города. Если это положение без пояснений соседствует с арбитражной оговоркой, договор содержит два несовместимых выбора форума. В постановлении от 15 апреля 2026 года (E. 2025/6-382, K. 2026/262) Общее собрание рассмотрело строительный договор, который передавал споры арбитражу из четырёх арбитров и одновременно наделял компетенцией суды и исполнительные ведомства Стамбула в отношении споров, не урегулированных мирно. Оно пришло к выводу, что оговорка не выражает ясной и безусловной воли на арбитраж и что чётное число арбитров, кроме того, нарушает требование статьи 415 HMK о нечётном их числе. Пророгационную оговорку следует исключить или прямо ограничить обеспечительными мерами и исполнением арбитражного решения.

Форма и отсылка. И MTUK, и HMK требуют письменной формы. Её можно соблюсти тремя способами: документом, подписанным сторонами; обменом сообщениями между ними, в том числе в электронной форме; либо если ответчик в отзыве на иск не оспаривает письменное арбитражное соглашение, на которое истец ссылается в исковом заявлении. Отсылка к другому документу, содержащему арбитражную оговорку, действительна, если она призвана сделать эту оговорку частью договора.

Общие условия. Если арбитражная оговорка содержится в заранее подготовленных одной стороной условиях для многократного использования, можно сослаться на статьи 20–25 Обязательственного кодекса Турции № 6098 (TBK). Согласно статье 21, общие условия, противоречащие интересам другой стороны, становятся частью договора лишь в том случае, если эта сторона была прямо о них уведомлена, имела возможность ознакомиться с их содержанием и приняла их. Статья 20 добавляет, что отметка о согласовании каждого условия сама по себе не меняет их характера. Оговорка, действительно согласованная и видимая в подписанном документе, оставляет этому доводу меньше места.

Полномочия на подписание. Согласно пункту 3 статьи 504 TBK поверенный не вправе передавать дело в арбитраж без специального полномочия. Статья 74 HMK требует прямо выраженного полномочия для заключения адвокатом арбитражного соглашения. В отношении турецкой компании следует проверить образцы подписей (imza sirküleri) и любую доверенность, использованную при подписании.

Арбитрабельность. Согласно статье 408 HMK споры о вещных правах на недвижимость и споры, не находящиеся в свободном распоряжении сторон, неарбитрабельны. Статья 1 MTUK также исключает споры о вещных правах на недвижимость в Турции и споры, не находящиеся в свободном распоряжении сторон. Решение по такому вопросу рискует натолкнуться на отказ в приведении в исполнение в Турции на основании подпункта «c» пункта 1 статьи 62 MÖHUK.

Иностранный элемент. MTUK регулирует арбитраж с местом в Турции, если спор содержит иностранный элемент, а статья 2 определяет этот элемент широко. Достаточно любого из следующих обстоятельств:

• место жительства, обычное место пребывания или место осуществления деятельности сторон находятся в разных государствах;
• значительная часть обязательств подлежит исполнению в государстве ином, чем то, где находятся стороны, либо спор наиболее тесно связан с таким государством;
• участник компании, являющейся стороной договора, внёс иностранный капитал в соответствии с законодательством об иностранных инвестициях, либо для исполнения договора требуется заключение кредитных или обеспечительных договоров для привлечения капитала из-за рубежа;
• договор предусматривает перемещение капитала или товаров из одной страны в другую.

Поэтому турецкая дочерняя компания британской группы может подпадать под международный режим даже при заключении договора с турецким контрагентом. При отсутствии иностранного элемента применяются нормы HMK о внутреннем арбитраже.

9. Турецкий суд применяет оговорку, только если на неё своевременно сослались

Действительная оговорка не мешает контрагенту подать иск в Турции. Ответчик должен сослаться на оговорку.

Согласно статье 5 MTUK арбитражное возражение подчиняется нормам HMK о предварительных возражениях. Статья 116 HMK относит арбитражное возражение к их числу, а статья 117 требует заявлять все такие возражения в отзыве на иск; в противном случае они не рассматриваются.

Отзыв на иск, как правило, подаётся в течение двух недель с момента вручения искового заявления. Суд может однократно продлить срок, но только по ходатайству, поданному в пределах этого срока. Для иностранного ответчика такой график оставляет мало времени, чтобы привлечь турецких адвокатов, собрать договорные документы и подготовить возражение.

Если возражение заявлено своевременно, суд удовлетворяет его, если только арбитражное соглашение не является недействительным, утратившим силу или неисполнимым. Затем он оставляет иск без рассмотрения по процессуальным основаниям.

Статья 1 MTUK делает статьи 5 и 6 применимыми и тогда, когда место арбитража находится за пределами Турции. Поэтому сторона из Великобритании, против которой в Турции подан иск по договору с местом арбитража в Лондоне, должна заявить возражение в отзыве на иск. Если этого не сделать, спор может остаться в турецких судах вопреки оговорке.

10. Обеспечительные меры нужно планировать там, где находятся активы

Арбитражная оговорка не устраняет потребности в срочных судебных мерах, особенно если активы могут быть перемещены.

Согласно статье 6 MTUK обращение в суд за обеспечительной мерой или обеспечительным арестом до или во время арбитража не является нарушением арбитражного соглашения. В силу статьи 1 это правило действует и тогда, когда место арбитража находится за пределами Турции. Поэтому сторона арбитража с местом в Лондоне может обратиться в компетентный турецкий суд за мерами в отношении активов в Турции.

В международном арбитраже с местом в Турции сторона, получившая такую меру от суда, должна начать арбитраж в течение 30 дней; в противном случае мера автоматически прекращает действие. Если место арбитража находится за рубежом, сроки по общему турецкому процессуальному и исполнительному законодательству следует проверить сразу после вынесения определения.

Состав арбитража с местом в Турции также может назначать обеспечительные меры. Однако согласно статье 6 MTUK он не вправе назначать меры, исполнение которых требует участия органов принудительного исполнения или иных официальных органов, а также меры, обязывающие третьих лиц.

В Англии раздел 44 закона 1996 года позволяет суду в срочных случаях выносить определения о сохранении доказательств или активов в поддержку арбитража. Закон 2025 года подтвердил, что эти полномочия могут осуществляться в отношении стороны или любого иного лица.

Закон 2025 года также ввёл раздел 41A. Если чрезвычайный арбитр, назначенный по регламенту учреждения, выносит распоряжение и сторона без достаточных оснований его не исполняет, чрезвычайный арбитр может вынести императивное распоряжение (peremptory order). Суд может обеспечить его исполнение по разделу 42.

Распоряжение чрезвычайного арбитра, вынесенное в Лондоне, вряд ли будет рассматриваться в Турции как подлежащее исполнению иностранное арбитражное решение. Нормы MÖHUK об исполнении относятся к окончательным и исполнимым либо обязательным для сторон решениям. В отношении активов в Турции практическим путём обычно является прямое обращение в турецкий суд. Наша статья о трансграничном мошенничестве, розыске и замораживании активов рассказывает, как эти инструменты координируются между юрисдикциями.

11. Арбитры обязаны раскрывать конфликты интересов в обеих системах

Раздел 23A Arbitration Act 1996, введённый законом 2025 года, кодифицирует обязанность раскрытия информации, признанную Верховным судом в деле Halliburton v Chubb. Арбитры, а также лица, к которым обратились по поводу возможного назначения, обязаны раскрыть обстоятельства, способные разумно породить обоснованные сомнения в их беспристрастности, включая обстоятельства, о которых им разумно следовало знать.

Статья 7 MTUK устанавливает сопоставимую обязанность в международном арбитраже с местом в Турции, а отвод, как правило, должен быть заявлен в течение 30 дней с момента, когда стало известно о его основании. В спорах между Турцией и Великобританией особого внимания заслуживают повторные назначения, связи с юридическими фирмами в обеих юрисдикциях и отношения с финансирующими сторонами. Финансирование рассматривается в нашем руководстве по финансированию третьими лицами в международном арбитраже.

12. Упрощённые решения и сужение оспаривания меняют тактику в Лондоне

Если стороны не договорились об ином, состав арбитража с местом в Англии теперь может в упрощённом порядке разрешить требование, возражение или вопрос, не имеющие реальных перспектив на успех (раздел 39A). Регламент ICC 2026 года предусматривает сопоставимую процедуру досрочного разрешения.

Сужены и возможности оспаривания компетенции. Суд не разрешает предварительно вопрос о компетенции, по которому состав арбитража уже вынес постановление (раздел 32), а по изменённому разделу 67 может отменить решение лишь в том случае, если возвращение дела арбитрам было бы неуместным. Процессуальные правила теперь могут, с ограниченными исключениями, лишить сторону, участвовавшую в арбитраже, возможности заявить в суде новые основания или доказательства либо добиться повторного исследования доказательств. 28-дневный срок для оспаривания исчисляется с соответствующей даты, которая учитывает пересмотр внутри арбитража и существенные исправления.

Для турецкого ответчика практический вывод состоит в том, что возражения против компетенции в лондонском арбитраже следует полностью излагать перед арбитрами.

13. У предарбитражных этапов должна быть чёткая точка завершения

Многие договоры между Турцией и Великобританией предусматривают переговоры или медиацию до арбитража, особенно в долгосрочных поставках, энергетике и строительных и инфраструктурных проектах.

В деле Emirates Trading Agency v Prime Mineral Exports Коммерческий суд признал исполнимым ограниченное сроком обязательство стремиться урегулировать споры путём дружественных переговоров. В деле Republic of Sierra Leone v SL Mining тот же суд указал, что несоблюдение предарбитражного этапа касается приемлемости требования. Этот вопрос решают арбитры, и он не затрагивает их компетенцию для целей раздела 67.

Не следует предполагать, что турецкий суд проанализирует ту же оговорку таким же образом. Ступенчатые механизмы работают лучше всего, когда у них есть фиксированная продолжительность, ясная начальная точка и прямое указание на последствия истечения срока без урегулирования. Открытые формулировки, например обязанность добросовестно вести переговоры до достижения соглашения, нередко порождают споры о самой оговорке о разрешении споров.

14. Действующие договоры читаются по новому правилу

Поскольку раздел 6A применяется к арбитражным соглашениям независимо от даты их заключения, действующие договоры между Турцией и Великобританией следует проверить, особенно те, которые сочетают место арбитража в Лондоне с основным договором, подчинённым турецкому праву.

При проверке нужно выяснить:

• определяет ли оговорка место арбитража или лишь упоминает город, который может быть понят как место проведения слушаний;
• указывает ли она право для самого арбитражного соглашения;
• противоречит ли она пророгационной оговорке в другой части договора;
• содержат ли связанные договоры, например гарантии, договоры купли-продажи акций и сопроводительные письма (side letters), совместимые оговорки о разрешении споров;
• имело ли лицо, подписавшее договор от имени турецкой компании, полномочия согласовать арбитраж;
• переведена ли оговорка последовательно в турецкоязычной версии договора, если она есть, и какая языковая версия имеет преимущественную силу.

Если ответы неочевидны, краткое изменение или сопроводительное письмо, подписанное до возникновения спора, обычно обходится гораздо дешевле, чем последующий спор об оговорке.

15. Оговорка, которая работает в обеих системах

Работоспособная арбитражная оговорка для договора между Турцией и Великобританией обычно охватывает следующие вопросы:

• Сфера действия: споры, возникающие из договора или в связи с ним, включая вопросы его существования, действительности и прекращения, а также внедоговорные требования.
• Место арбитража: город и страна, прямо обозначенные как место арбитража, а не только как место проведения слушаний.
• Учреждение и регламент: точное наименование учреждения и его регламента.
• Право арбитражного соглашения: прямо указанное, отдельно от права основного договора.
• Состав арбитража: один или три арбитра и порядок назначения.
• Язык: язык арбитража и, для двуязычных договоров, версия, имеющая преимущественную силу.
• Срок: при месте арбитража в Стамбуле срок для вынесения окончательного решения и порядок его продления.
• Конфиденциальность: прямо выраженная обязанность, если её не предусматривают место арбитража или регламент.
• Расходы: возмещаются ли разумные расходы сторон на юристов, особенно при месте арбитража в Стамбуле.
• Содействие судов: подтверждение того, что обращение в суды Турции, Англии или иных стран за обеспечительными мерами остаётся возможным.
• Процессуальные опции: применяются ли, исключаются или корректируются положения о чрезвычайном арбитре и упрощённом разрешении.
• Связанные договоры: согласованные оговорки в гарантиях и вспомогательных договорах, чтобы привлечение третьих лиц или объединение разбирательств было возможно, когда регламент это допускает.
• Непротиворечивость: исключение или сужение любой противоречащей пророгационной оговорки.

Исключительно для иллюстрации ядро оговорки с местом арбитража в Лондоне, учитывающей эти вопросы, может выглядеть так:

Все споры, возникающие из настоящего Договора или в связи с ним, включая любые вопросы его существования, действительности, толкования, исполнения или прекращения, а также любые внедоговорные споры, подлежат окончательному разрешению в арбитраже в соответствии с [наименование арбитражного регламента], действующим на дату начала арбитража. Местом арбитража является Лондон, Англия. Состав арбитража состоит из трёх арбитров. Языком арбитража является английский. Настоящее арбитражное соглашение, включая вопросы его существования, действительности и сферы действия, регулируется английским правом. Ничто в настоящей оговорке не препятствует любой из сторон обратиться в компетентный суд за временными или обеспечительными мерами.

Подобную формулировку необходимо адаптировать к учреждению, сделке и вероятному месту исполнения. При месте арбитража в Стамбуле следует урегулировать срок для вынесения решения и возмещение расходов на юристов, а также добавить конфиденциальность, если выбранный регламент её не предусматривает.

Те же вопросы возникают в технологических договорах, о которых мы пишем в статье о спорах, связанных с ИИ, и арбитражных оговорках. Они возникают и в программах страхования и перестрахования, где арбитражные оговорки с местом в Лондоне распространены, как показано в нашей статье о спорах по перестрахованию между Турцией и Лондоном.

Заключение

Арбитражная оговорка является той частью договора между Турцией и Великобританией, к которой обращаются лишь тогда, когда коммерческие отношения разрушены. В этот момент она должна работать одновременно как минимум в двух правовых системах.

С 1 августа 2025 года английское право в первую очередь учитывает прямой выбор права для оговорки, а затем право места арбитража. Турецкое право уже применяло сходную конструкцию к международному арбитражу с местом в Турции. Турецкие нормы об исполнении, в свою очередь, отсылают к праву страны, где было вынесено решение, если стороны не избрали иное.

Это сближение полезно, но неполно и не освобождает от необходимости точной формулировки. Место арбитража, учреждение, право оговорки, соотношение с подсудностью государственным судам и полномочия подписанта следует определить на этапе подготовки договора с учётом места будущего исполнения.

Для уже подписанных договоров вопрос состоит в том, приведёт ли оговорка к результату, на который рассчитывали стороны. Проверить её сейчас дешевле, чем спорить о компетенции потом.

Как Terziolu & Partners может помочь

Terziolu & Partners консультирует по вопросам разрешения споров по турецкому праву и трансграничных споров, включая подготовку и проверку арбитражных оговорок в договорах между Турцией и Великобританией, арбитражные возражения в турецких судах, обеспечительные меры в отношении активов в Турции и исполнение иностранных арбитражных решений в Турции.

В сделках и долгосрочных коммерческих отношениях между двумя странами наша работа в сфере международного бизнеса и инвестиций рассматривает оговорку о разрешении споров как часть общей договорной структуры наряду с вопросами, освещёнными в нашем руководстве по выходу на рынок между Турцией и Великобританией.

Если затронуты английское право, место арбитража в Лондоне или разбирательства в английских судах, стратегия может координироваться между Стамбулом и Лондоном в рамках трансграничной юридической координации с надлежащим образом квалифицированными юристами соответствующей юрисдикции. Свяжитесь с нами, чтобы проверить действующую арбитражную оговорку или обсудить положения о разрешении споров в новом договоре.

Избранное законодательство, судебная практика и материалы

Турция

Закон № 4686 о международном арбитраже: статья 1 (сфера применения, включая применение статей 5 и 6 при иностранном месте арбитража), статья 2 (иностранный элемент), статья 4 (форма арбитражного соглашения и применимое к нему право), статья 5 (арбитражное возражение), статья 6 (обеспечительные меры), статья 7 (число арбитров, обязанность раскрытия и отвод), статья 10 (начало арбитража, его срок и язык), статья 15 (отмена решения и его исполнимость) и статья 16 (гонорары и расходы).

Гражданский процессуальный кодекс № 6100: статья 74 (специальные полномочия представителя), статьи 116 и 117 (предварительные возражения), статьи 127 и 317 (срок представления отзыва на иск), статья 408 (арбитрабельность), статья 412 (арбитражное соглашение), статья 413 (арбитражное возражение) и статья 415 (нечётное число арбитров).

Кассационный суд Турции, Общее собрание по гражданским делам (Yargıtay Hukuk Genel Kurulu), 1 октября 2025 года, E. 2024/653, K. 2025/584: арбитражное соглашение требует воли, не оставляющей сомнений; формулировки, наделяющей компетенцией также суды, недостаточно.

Кассационный суд Турции, Общее собрание по гражданским делам (Yargıtay Hukuk Genel Kurulu), 15 апреля 2026 года, E. 2025/6-382, K. 2026/262: оговорка о передаче споров арбитрам, а при невозможности этого судам и исполнительным ведомствам Стамбула недействительна; чётное число арбитров нарушает статью 415 HMK.

Закон № 5718 о международном частном праве и международном гражданском процессе: статья 57 (исполнение и обжалование), статьи 60–62 (компетентный суд, заявление и основания для отказа в исполнении иностранных арбитражных решений) и статья 63 (признание).

Обязательственный кодекс Турции № 6098: статьи 20–25 (общие условия сделок) и статья 504 (объём поручения).

Закон № 6570 о Стамбульском арбитражном центре: создание и функции ISTAC.

Арбитражный и медиационный регламент ISTAC: место арбитража по умолчанию, конфиденциальность, чрезвычайный арбитр и ускоренный арбитраж.

Типовая арбитражная оговорка ISTAC: типовая оговорка и факультативные дополнения о месте арбитража, языке, числе арбитров и применимом праве.

Великобритания

Arbitration Act 2025: раздел 1 (новый раздел 6A), раздел 2 (обязанность раскрытия), разделы 3 и 4 (иммунитет арбитров), разделы 5–12 (компетенция, расходы, упрощённые решения, чрезвычайные арбитры, полномочия суда и оспаривание) и раздел 17 (вступление в силу и переходное положение).

Arbitration Act 2025 (Commencement) Regulations 2025, SI 2025/905: вступление в силу 1 августа 2025 года.

Arbitration Act 1996: раздел 7 (автономность арбитражного соглашения), раздел 44 (полномочия суда по содействию арбитражу), разделы 61 и 63 (расходы), разделы 67–70 (оспаривание и сроки) и разделы 100–103 (решения, подпадающие под Нью-Йоркскую конвенцию).

Law Commission, Review of the Arbitration Act 1996: пересмотр, приведший к закону 2025 года.

Основные английские судебные решения

Enka Insaat Ve Sanayi AS v OOO Insurance Company Chubb [2020] UKSC 38: право, применимое к арбитражному соглашению, до закона 2025 года.

Kabab-Ji SAL (Lebanon) v Kout Food Group (Kuwait) [2021] UKSC 48: общая оговорка о выборе права как указание на право арбитражного соглашения по критерию Нью-Йоркской конвенции.

Halliburton Co v Chubb Bermuda Insurance Ltd [2020] UKSC 48: беспристрастность арбитров и обязанность раскрытия информации.

Emmott v Michael Wilson & Partners Ltd [2008] EWCA Civ 184: подразумеваемая обязанность конфиденциальности в английском арбитраже.

Emirates Trading Agency LLC v Prime Mineral Exports Private Ltd [2014] EWHC 2104 (Comm): исполнимость ограниченного сроком обязательства вести переговоры до арбитража.

Republic of Sierra Leone v SL Mining Ltd [2021] EWHC 286 (Comm): предарбитражные условия как вопрос допустимости требования.

Международные и институциональные материалы

Нью-Йоркская конвенция, статус договаривающихся государств (ЮНСИТРАЛ): присоединение Турции в 1992 году и её заявления.

Арбитражный регламент LCIA 2020 года: статья 9B (чрезвычайный арбитр), статья 16 (место арбитража и право арбитражного соглашения) и статья 30 (конфиденциальность).

Арбитражный регламент ICC 2026 года: статья 12(8) (конфиденциальность для арбитров), статья 19 (место арбитража), статья 30 (досрочное разрешение), ускоренная процедура и Шкала сборов; действует с 1 июня 2026 года.

ICC Dispute Resolution 2025 Statistics: продолжительность арбитражей ICC, завершённых окончательным решением в 2025 году.

LCIA Schedule of Arbitration Costs (2023): регистрационный сбор, административные сборы и почасовые ставки арбитров.

LCIA Costs and Duration Analysis 2024: медианные расходы и продолжительность арбитражей LCIA, завершённых окончательным решением в 2017–2024 годах.

Статистика ISTAC за 2025 год: число дел и продолжительность арбитражей ISTAC в 2025 году.